Ложные обвинения в совершении развратных действиях в отношении несовершеннолетних, стали все чаще встречаться в современной юридической практике России

Антипедофильская компания, как метко окрестили ее в народе, была развернута в нашей стране в 2009 году, и набрала масштабные обороты в 2012 году. Именно тогда президент Дмитрий Медведев внес в Госдуму законопроект, резко ужесточивший уголовную ответственность за сексуальные преступления против детей. С тех пор за «развратные действия» в отношении ребенка стали давать огромные сроки – до 20 лет лишения свободы, а уголовные дела о педофилии были изъяты из ведения присяжных и перешли в закрытый режим рассмотрения. Все это привело к резкому росту количества приговоров за педофилию. Всего за 2009—2016 г.г. по этим составам были осуждены более 10 000 россиян, как правило мужского пола

Необходимо отметить, что при этом само понятие «развратных действий» в отечественном УК отсутствует; еще в 2014 г. Пленум Верховного суда пытался дать им развернутое определение, но так и не сформулировал его. В итоге в постановлении указано лишь, что «развратные действия — это не половое сношение». Посему современному судопроизводству известны случаи, когда обвиняемый отправлялся на зону лишь за то, что справлял малую нужду в присутствии несовершеннолетнего. В то же время значительно увеличилось количество ложных оговоров по данному обвинению, и реабилитации по этим статьям: самое громкое дело, пожалуй – обвинение в 2011 хирурга Владимира Тапии Фернандеса с его последующим оправданием.

Разумеется, преступления против детства и сексуальной неприкосновенности ребенка должны караться самым беспощадным образом. Но всегда ли мы можем быть уверены, что следствие, заведомо занимающее в России обвинительную позицию, будет беспристрастно, и приговор, построенный лишь на одних голословных утверждениях, окажется справедливым? Ведь речи идет не много не мало – о человеческих жизнях. Но судьба каждого взрослого не менее важна, чем судьба ребенка; и, конечно, и тот, и другой вправе рассчитывать на соблюдение законности.  А о том, как соблюдалась законность в отношении гражданина Дмитрия Семенова, уже получившего 15 лет лишения свободы по обвинению в растлении приемной дочери, мы и расскажем сегодня. Доказан ли состав преступления – судить вам.

Одна счастливая семья?

Казалось бы, вначале ничто не предвещало беды: семья москвичей Семеновых-Макаровых внешне была вполне обычной российской семьей, с ворохом своих проблем и материальных затруднений, которые, однако, супруги до определенного времени преодолевали сообща. Семенов Дмитрий Евгеньевич, 1965 г.р., познакомился с Макаровой Еленой Юрьевной, 1971 г.р., в самом начале нулевых. И вскоре пара поженилась. Для обоих этот союз не был первым – в предыдущем браке у Дмитрия родилась дочь Анна, а у Елены имелась дочь Алина. На период, когда ее мама вновь собралась замуж, малышке Алине было всего 4 года. Знакомые и родственники семьи подтверждают, что с самого начала Дмитрий Семенов отнесся к приемной дочери очень тепло, много занимался с ней, решал проблемы, связанные со здоровьем и образованием. Увы, он даже уделял ей намного больше внимания, чем своей родной дочери… Но официально Семенов Алину так и не удочерил, так как считал это неправильным. Ведь у нее имелся биологический отец, хотя и выпивающий, но живой и здоровый. Очевидцы утверждают также, что этот момент Алина очень тяжело переживала, и затаила на мужчину, который так и не дал ей свою фамилию, обиду.

Что же касается родной дочери, Анны, то ее дружбы с новой папиной семьей так и не сложилось. И этому немало поспособствовала новая супруга Дмитрия Семенова, которая всячески препятствовала общению. Нет, внешне все выглядело благопристойно, но Елена не уставала сеять рознь между девочками, разница в возрасте которых составляла всего 4 года, а также всерьез разругалась с матерью мужа, бабушкой Ани. Итак, дружбы семьями не получилось. Впоследствии между Еленой и дочерью ее супруга произошел серьезный скандал, и Анна и сама уже не стремилась к общению. Но новоиспеченные супруги не грустили об этом: они активно занимались обустройством собственной жизни, и, в частности, продвигали дочь Алину по выбранной стезе. Девочка очень рано начала профессионально заниматься танцами, и получала специальное образование.

Свидетельствует дочь Дмитрия Семенова, Анна: «В 2001 году папа познакомил меня с Леной и Алиной. Поначалу мы нормально общались, затем начали возникать конфликты… Отношения стали портиться именно с Леной, она пыталась как-то задеть меня, указать на то, что я хуже ее дочери».

Вначале маленькая Алина посещала бесплатное хореографическое училище неподалеку от дома. Но в средних классах стало понятным, что отношения в коллективе у девочки не сложились, к тому же в школе то и дело вспыхивали конфликты. Была одна очень негативная история, в которой косвенно приняла участие и Алина: учителя народного танца обвинили в домогательствах к одной из учениц. Затем выяснилось, что данное обвинение было банальной местью за непоставленный зачет. Но в разбирательствах оказались замешенными все, в том числе и Алина – ей пришлось свидетельствовать в этом конфликте. Еще одна детская психотравма, которая не могла пройти бесследно… В итоге Дмитрий Семенов принял решение перевести приемную дочь в другое хореографическое заведение, которое находилось далеко, и притом было платным. Но мужчина посчитал, что этот шаг того стоит – и атмосфера там была спокойнее, и результаты представлялись лучшими. Затянув потуже ремень (в семье работал он один, в обычном интернет-магазине, и денег хронически не хватало), отчим каждый день стал возить Алину из училища домой.

Квартирный вопрос и большие надежды на будущее

А что же с материальным положением семьи, спросите вы. Это очень хороший вопрос. За большую часть своего весьма продолжительного брака (почти 18 лет), Елена работала лишь единожды, притом непродолжительное время, и практически по бартеру. Дело в том, что у Алины с детства наблюдались многочисленные проблемы со здоровьем, которые списывали на травмы, полученные на репетициях. Девочку неоднократно обследовали в самых авторитетных клиниках, даже делали ей инновационные процедуры в московской Клинике боли, но все было тщетно. Временное облегчение приносил лишь некий остеопат, к которому Дмитрий также неоднократно возил ее. Но это было недешевым удовольствием, и вскоре стало понятным, что оплачивать на постоянной основе массажи он не сможет. Тогда мать ребенка устроилась на работу - администратором к данному специалисту. Оклад был невелик, но зато удавалось получить помощь, когда бесплатно, а когда - со значительной скидкой. Впрочем, и это продлилось недолго: Елена Макарова вскоре ушла с работы, а мужу вменила в обязанность самому делать массажи дочери, ссылаясь на то, что у того «более сильные руки». Нередко девочка даже после школы, прямо в машине, просила размять ей икры и лодыжки, так как, по ее словам, испытывала сильную боль.

В каких условиях жило семейство? Вот еще один совсем непраздный вопрос в наше непростое время. По московским меркам, Дмитрий Семенов на момент знакомства с Еленой считался завидным женихом. По наследству за ним числилась отдельная квартира на Зоологической улице, также была квартира, в которой проживала мама мужчины в Бирюлево. Еще была дача в Подмосковье. По завещанию это жилье должно было со временем отойти к Дмитрию, как впоследствии и произошло. Кроме того, в престижном столичном районе Аэропорт имелась еще одна престарелая родственница – тетушка Дмитрия, которая также обещала составить свое завещание в пользу племянника. Что же касается Елены, то на момент заключения брака она располагала лишь одной комнатой в коммуналке на Сущевском валу. Заключив брак, супруги решили продать эту комнату, и купить недвижимость попросторнее, и поближе к первой хореографической школе Алины, что с успехом и было реализовано. Недостающую часть средств – 50% - внес Дмитрий Евгеньевич из своих накоплений. В итоге супруги стали счастливыми владельцами «двушки» на Войковской, приобретенной в законном браке. Кстати, приобретенная квартира была оформлена на Елену и Алину, мужчина на нее не претендовал.

Свидетельства из жизни семьи Семеновых-Макаровых: отношения с соседями у Дмитрия Семенова всегда были хорошими. Он дружил с несколькими семьями на Войковской, вместе гулял с собаками, бесплатно помогал настраивать компьютеры. А вот у его супруги постоянно происходили конфликты: на одну соседку она даже несколько раз писала заявления в полицию. Затем был скандал в супермаркете с посторонним мужчиной, да такой, что охрана была вынуждена задержать Елену, и сдать ее «с рук на руки» мужу. Похожая история произошла и в Домодедово, где женщина не поделила что-то с одним из пассажиров, и супругов заставили два часа писать объяснительную. А когда у дочери Алины украли телефон, мать не ограничилась заявлением в полицию, а забросала жалобами все возможные инстанции, и затем, после суда над воришкой, с большим воодушевлением рассказывала, что она умеет добиваться своего. Это документально подтвержденные «штрихи к портрету», которые говорят о многом.

Наконец, в 2017 году, Елена Макарова решила, что ей пора строить карьеру – а именно, открывать свою школу танцев. Тут же встал вопрос о первоначальном капитале: ведь на аренду зала нужны деньги, и немалые. В итоге, на семейном совете решено было продать квартиру на Войковской, приобретенную супругами в браке. Елена сама расписала все расходы: необходимо было также закрыть очередной кредит, поменять машину и т.д. Внезапно активизировавшаяся домохозяйка нашла на ее взгляд подходящий подвал в 250 кв. метров, и дело закипело. Квартира была продана, все деньги вложены в ремонт, аренду, оборудование и пр. Из причитающейся ему доли лично гражданин Семенов не получил ни копейки. При этом практически весь ремонт лег на его плечи – Дмитрий сам менял полы, красил стены, занимался электропроводкой, шумоизоляцией, и т.д. и т.п. Кроме того, он выполнял множество других обязанностей – от завхоза до подсобного рабочего, хотя в штатном расписании студии именовался громко «гендиректором» школы. Не стоит забывать о том, что владелицей бизнеса по документам являлись Елена и Алина. Эти усилия окупались –танцевальная студия начала приобретать популярность. И в этот момент жена потребовала переписать на нее квартиру на Зоологической улице, владельцем которой был Дмитрий Семенов. Мотив был прост – Елена и Алина остались без собственной жилплощади, хотя и по собственной воле. Можно долго удивляться покладистости мужчины, но и в этот раз он пошел на поводу у супруги, безропотно отдав ей свою недвижимость. Правда, как вспоминает сейчас сам Дмитрий, после совершения сделки он пошутил: «Ну все, дорогая, теперь ты можешь со мной расстаться». Эта шутка спустя всего год обернулась суровой реальностью с отягчающими последствиями…

Разбитые иллюзии и страшные обвинения

После того, как финансовая ситуация более-менее стабилизировалась, Елену Макарову внезапно посетила новая идея: в 2018 году она решает открыть собственную балетную труппу (театр), где будет солисткой Алина. А это очень дорогое удовольствие: чтобы пошить костюмы на один спектакль, нужно как минимум 600.000 руб.; для проведения всего одного представления необходимо около 1.000.000 руб. И тогда Елена с уже взрослой Алиной поставили отца семейства перед фактом: для реализации этой мечты теперь необходимо продать доставшуюся ему по завещанию квартиру в Бирюлево (мама Дмитрия на тот момент уже скончалась)и организовать выездные мероприятия на даче, отошедшей по наследству. Но мужчина наконец взбунтовался – перед смертью он обещал матери, что не оставит свою родную дочь Анну вовсе без средств, и как минимум половина бабушкиной квартиры должна отойти к ее внучке. В итоге, бирюлевская недвижимость была в спешке продана за 5.400.000 руб., хотя стоила намного дороже, но семейство торопило события. Из этих денег Семенов отдал дочери Анне ровно половину - 2.700.000 руб., закрыл вновь накопившиеся кредиты задолженности, купил поездку в Сочи для Елены и Алины. В итоге на руках у него осталось 1.300.000 руб., которые в дальнейшем покрыли юридические услуги. Но мечты креативных дам растаяли, как дым – создавать собственный театр им было не на что. К тому же балетная школа Елены, как юридическое лицо, оказалось должна Семенову Д.Е.2.160.000 руб. заработной платы. Своей зарплаты он так никогда и не увидел, а жена уволила его с работы задним числом.

Также, обстоятельства накалило известие о том, что тетя Дмитрия, обещавшая завещать ему свою квартиру, внезапно отказалась это сделать. Вероятно, до пенсионерки дошли слухи о том, что происходит в семье Семеновых-Макаровых, и она под благовидным предлогом открестилась от своих слов. На следующий же день, после передачи половины денежных средств от продажи бирюлевской квартиры родной дочери Анне, Елена и Алина перестали выходить на связь, Дмитрий не понимал, в чем причина столь резкого прекращения общения. Искал их, обзванивая больницы и знакомых. Спустя 2 дня они приехали в студию, где ночевал Дмитрий(так как в квартире на Зоологической сменили замки), и устроили скандал по поводу оставшихся денег, которые они недополучили. В ходе ссоры Елена бросила мужу в лицо электрочайник (есть фото и зафиксированные побои), достала нож и кинула громкую фразу «Если ты не отдашь мне все деньги, то жди заявления в полицию». Затем Елена Макарова обратилась в Басманный РОВД с письменным заявлением о краже у нее 2 000 000 руб. родным мужем! Очевидно, что эта была месть за «уплывшие» от нее средства от продажи квартиры, которая перешла мужу по завещанию. Можно предположить, что именно так и посчитало следствие, отказавшееся открывать проверку по данному заявлению. Но это было только начало – потому что после этого Алина Дементьева (под влиянием своей матери Макаровой Е.Ю.), подает новое заявление, в Пресненский СК, на этот раз - о противоправных действиях сексуального характера со стороны отчима к Алине, когда она еще была несовершеннолетней. Однако и здесь их план поначалу провалился – в возбуждении дела вновь было отказано. Тогда Елена Юрьевна разослала жалобы самым высоким лицам государства – от Президента страны В.В. Путина до бывшего на тот момент премьер-министром Д.А. Медведева, и дело таки было открыто, но уже в Коптевском МРСО СУ по САО ГСУ СК России по г. Москве. В марте 2021 года Дмитрий Евгеньевич Семенов был признан виновным поп. п. «а» и «в» ч.3 т. 132 УК РФ, и Ст. 135 УК РФ. Алина активно поддерживала обвинение, правда, постоянно путаясь в показаниях, читала я их по бумажке.

В своем последнем слове Дмитрий Семенов заявил, что «зла на приемную дочь не держит, так как она полностью находится под контролем матери, которая все это дело выдумала и организовала». И этому вновь есть документальные свидетельства: например, соседи утверждают, что между дочерью и матерью постоянно происходили скандалы – и на почве ее взаимоотношений с мальчиками, и с подругами (одну из них она обвиняла в лесбийских отношениях с Алиной), и на почве учебы. Девочка буквально шарахалась от матери, боялась ее, и в то же время беспрекословно подчинялась. Приемный отец же был неким «громоотводом», который все время старался их примирить. В этой связи очень важны слова Анны, родной дочери Дмитрия: «Про Алину я могу сказать, что она очень запугана своей матерью. Больше всего на свете она боялась именно ее. Мать - ее самая главная защита, при этом самый большой страх. Алина ничего не могла утаить от Лены дольше 10 минут, поэтому, когда речь идет о том, что она якобы 10 лет умалчивала о каких-то непристойных действиях отца, это кажется мне абсурдом».

Судом было признано, что фигурант «совершил иные действия сексуального характера с применением насилия к потерпевшей, соединенные с угрозой убийством в отношении другого лица, с использованием беспомощного состояния потерпевшей, в отношении лица, заведомо не достигшего четырнадцатилетнего возраста». Прокурор запрашивал 17 лет, но в итоге Семенов Д.Е получил «только» 15 лет лишения свободы, и штраф 2 000 000 руб. в виде возмещения морального вреда (Елена Макарова все же обрела вожделенные деньги от продажи квартиры в Бирюлево!). При этом тяжелейшее обвинение не подтверждено ни единым фактом, кроме голословных обвинений жены осужденного, и его воспитанницы. Не было учтено также, что все это дело возникло на фоне острого финансового конфликта, когда семья Дмитрия Семенова в первый раз в жизни не смогла добиться желаемого. Последняя надежда мужчины - суд апелляционной инстанции, который, как хочется верить, внимательно вникнет в суть произошедшего. А также учтет, что ложные обвинения в педофилии активно используются в современной России для сведения личных счетов, и вымогательства денег. Кстати, подаренная Елене и Алине квартира на Зоологической улице была выставлена на продажу за 18 млн. руб., видимо, Елене Макаровой и Алине срочно понадобились деньги для оплаты долгов по заказному делу. Однако, как только сторона защиты озвучила этот факт, объявление тут же было закрыто.

Грязные танцы в суде: ничего, кроме фактов

Сторона защиты полагает, что следствие по делу было проведено формально и с нарушениями процедуры, а прямые доказательства вины осужденного Семенова Д. Е. отсутствуют. Вот несколько вопиющих фактов:

- По утверждениям пострадавших, отчим производил развратные действия во время упомянутых выше сеансов массажа. При этом на том, чтобы именно он делал девочке массаж, настояла сама мать ребенка. Кроме того, женщина практически всегда находилась в квартире в тоже время: предположить, что подобное можно утаить от другого члена семьи в стандартной «двушке» просто невозможно. Более того – в одном из эпизодов Алина живописует, как отчим «приставал к ней, когда мама находилась тут же, в одной комнате с ними». Из чего напрашивается простой вывод: либо Елена Макарова слепа и глуха, либо находилась с педофилом в сговоре, либо все это – плод буйной фантазии женщин.

- Со стороны обвинения не было приведено ни единого свидетеля, подтверждающего правоту Елены Макаровой и ее дочери. В то же друзья семьи и родственники стремились дать свои показания в защиту Семенова Д.Е.

- Первоначально обвиняемому инкриминировалось шесть эпизодов. В итоге на рассмотрение суда было предъявлено лишь четыре. Куда делись остальные два – загадка, заключения экспертов по ним отсутствуют. Равно как отсутствует и разбор каждого отдельного оставшегося эпизода, что совершено недопустимо. Заключение было дано как единый общий вывод, но на чем он конкретно основан – так и осталось стороне защиты неизвестным.

- В дело включено полиграфическое исследование, проведенное с потерпевшей еще до возбуждения уголовного дела, и по результатам которого оно фактически и было заведено. Что совершенно незаконно –полиграф не может являться основанием для инициации следственных действий, необходимо было провести повторное исследование, но этим вопросом обвинение не озаботилось. Также, в заключении независимого эксперта Комиссарова Ю. В., доцента кафедры криминалистики МГЮА указано, что видеозапись предоставлена не была, а без этого невозможно подтвердить или опровергнуть результаты данной экспертизы в принципе.

- К делу приобщено заключение специалистов Центра психиатрии и наркологии им. В. П. Сербского, где четко и внятно сказано, что подсудимый не страдает никакими психическими заболеваниями, и не склонен к педофилии. Однако это исследование на суд впечатления не произвело. Но оказало свое влияние обследование Алины в ГБУЗ Научно-практический центре психического здоровья детей и подростков им. Г. Е.Сухаревой ДЗМ. Там указано, что имеет место быть растяжение девственной плевы. Но исследование проводилось на момент, когда Алине исполнялось 23 года! Также остался открытым вопрос, почему взрослую девушку отправили в детское медицинское учреждение. Кстати, в независимом заключении, предоставленным ООО Центр независимой экспертизы и оценки «Стратегия оценки», дано определение безрезультативности этой экспертизы, а также прямо указано на то, что неврологические боли на нервной почве», на которые жалуется потерпевшая, имеют под собой вполне реальное физиологическое обоснование, связанное с ее хроническими заболеваниями.

Это дело изобилует еще десятками несостыковок и недоговоренностей. Необходимо тщательно изучить материалы, и лишь тогда принимать взвешенное решение. Ни один педофил не должен уйти от расплаты, но и не один гражданин не может быть осужден без вины. В этом – принцип соблюдения законности любого демократического общества. Нужно понимать, что данное уголовное дело – лишь одно из тысячи подобных ему, и такое может случиться с каждым.

Источник:  MOS.NEWS